?

Log in

No account? Create an account
Эмалевый крестик в петлице
И серой тужурки сукно...
Какие печальные лица
И как это было давно.

Какие прекрасные лица
И как безнадежно бледны —
Наследник, императрица,
Четыре великих княжны...

/Георгий Иванов/



В ночь на 17 июля 1918 года последний российский император Николай II, императрица Александра Фёдоровна, великие княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия, цесаревич Алексей и их приближенные были расстреляны в подвале дома Ипатьева в Екатеринбурге.






Дом

Я дом построил из стихов!..
В нем окна чистого стекла,—
там ходят тени облаков,
что буря в небе размела.

Я сам строку свою строгал,
углы созвучьями крепил,
венец к венцу строфу слагал
до самых вздыбленных стропил.

И вот под кровлею простой
ко мне сошлись мои друзья,
чьи голоса — но звук пустой,
кого — не полюбить нельзя:

Творцы родных, любимых книг,
что мне окно открыли в мир;
друзья, чья верность — не на миг,
сошлись на новоселья пир.

Летите в окна, облака,
входите, сосны, в полный рост,
разлейся, времени река,—
мой дом открыт сиянью звезд!

/1955/


Стихи мои из мяты и полыни

Стихи мои из мяты и полыни,
полны степной прохлады и теплыни.
Полынь горька, а мята горе лечит;
игра в тепло и в холод — в чет и нечет.

Не человек игру ту выбирает —
вселенная сама в нее играет.
Мои стихи — они того же рода,
как времена круговращенья года.

/1956/



Стихи мои из мяты и полыни /Читает Народный артист РСФСР Вячеслав Шалевич/.




От отца, героя русско-японской войны, георгиевского кавалера, Борис Исаакович унаследовал смелость, прямолинейность и неравнодушие. Эти качества он пронес через всю жизнь. В годы сталинских репрессий не отрекся от матери, которая в одночасье превратилась во врага народа, и поплатился за это исключением из военного училища. Клеймо сына врага народа не помешало ему в начале Великой Отечественной войны, в возрасте 23 лет, командовать полком, выводя его из окружения. В те дни он вступил в коммунистическую партию и всю жизнь оставался честным партийцем. Настолько принципиальным, что в 1968 году за подписание письма Л. И. Брежневу в защиту литераторов Ю. Галанскова и А. Гинзбурга его исключили из партии. С этого времени дорога в большую литературу была для него закрыта. Так что он успел прославиться, в сущности, единственной повестью – «До свидания, мальчики». Это в значительной степени автобиографическая книга. Судьбы ее героев во многом пересекаются с судьбой автора. Балтер родился в Самарканде, а в Евпатории, описанной в книге, прожил всего несколько лет, но искренне любил этот город и навсегда сохранил в душе его южный приморский колорит. Писатель прожил недолгую, но насыщенную и главное, очень честную жизнь, а в те тяжелые и страшные годы в нашей стране это уже было подвигом.


До свидания, мальчики

Б. Балтеру

Ах, война, что ж ты сделала, подлая:
стали тихими наши дворы,
наши мальчики головы подняли,
повзрослели они до поры,
на пороге едва помаячили,
и ушли, за солдатом солдат...
До свидания, мальчики! Мальчики,
постарайтесь вернуться назад.
Нет, не прячьтесь вы, будьте высокими,
не жалейте ни пуль, ни гранат,
и себя не щадите, и все-таки
постарайтесь вернуться назад.

Ах война, что ж ты, подлая, сделала:
вместо свадеб - разлуки и дым.
Наши девочки платьица белые
раздарили сестренкам своим.
Сапоги - ну куда от них денешься?
Да зеленые крылья погон...
Вы наплюйте на сплетников, девочки,
мы сведем с ними счеты потом.
Пусть болтают, что верить вам не во что,
что идете войной наугад...
До свидания, девочки! Девочки,
постарайтесь вернуться назад.

/Булат Окуджава/


Борис Балтер. "До свидания, мальчики!" : http://lib.ru/PROZA/BALTER/good-bye.txt


В 1964 году режиссер Михаил Калик снял фильм по сюжету одноимённой повести Бориса Балтера. Фильм снимался там же, где проходит действие повести, в Евпатории. Он вышел на экраны в 1966 г. и оставил заметный след в мировом кинематографе.

Этот характерный для периода оттепели фильм впоследствии демонстрировался с цензурными сокращениями, а после эмиграции режиссёра в Израиль (1971) и вовсе был запрещён к показу в СССР. В полном авторском варианте дошёл до зрителей лишь в конце 1980-х годов.

В фильме снимались совсем юные Евгений Стеблов, Михаил Кононов,Николай Досталь,Наталья Богунова, которая позже сыграет одну из главных ролей в «Большой перемене», и яркая Виктория Федорова, тогда никому не известная дочь знаменитой актрисы Зои Федоровой, еще не снискавшая славы записной красавицы. А помимо них, Ефим Копелян — жестянщик, по вечерам преображающийся во франтоватого капитана, Ангелина Степанова в роли партийной дамы — матери одного из героев. В эпизодах снимались Николай Граббе, Борис Сичкин, Эльза Леждей и Евгений Моргунов. Оператор Леван Пааташвили, Композитор Микаэл Таривердиев.




Гитара

Начинается
Плач гитары.
Разбивается
Чаша утра.
Начинается
Плач гитары.
О, не жди от нее
Молчанья,
Не проси у нее
Молчанья!
Неустанно
Гитара плачет,
Как вода по каналам — плачет,
Как ветра над снегами — плачет,
Не моли ее
О молчанье!
Так плачет закат о рассвете,
Так плачет стрела без цели,
Так песок раскаленный плачет
О прохладной красе камелий,
Так прощается с жизнью птица
Под угрозой змеиного жала.
О гитара,
Бедная жертва
Пяти проворных кинжалов!

Федерико Гарсиа Лорка. /Перевод Марины Цветаевой./





Арсений Тарковский.jpg


«Пускай меня простит Винсент Ван-Гог...»

Пускай меня простит Винсент Ван-Гог
За то, что я помочь ему не мог,

За то, что я травы ему под ноги
Не постелил на выжженной дороге,

За то, что я не развязал шнурков
Его крестьянских пыльных башмаков,

За то, что в зной не дал ему напиться,
Не помешал в больнице застрелиться.

Стою себе, а надо мной навис
Закрученный, как пламя, кипарис.

Лимоннный крон и темно-голубое, -
Без них не стал бы я самим собою;

Унизил бы я собственную речь,
Когда б чужую ношу сбросил с плеч.

А эта грубость ангела, с какою
Он свой мазок роднит с моей строкою,

Ведет и вас через его зрачок
Туда, где дышит звездами Ван-Гог.

/1958/





"Долго, о, долго еще они не в состоянии будут признать бескорыстия России и великого, святого, неслыханного в мире поднятия ею знамени величайшей идеи, из тех идей, которыми жив человек и без которых человечество, если эти идеи перестанут жить в нем,— коченеет, калечится и умирает в язвах и в бессилии. Нынешнюю, например, всенародную русскую войну, всего русского народа, с царем во главе, подъятую против извергов за освобождение несчастных народностей,— эту войну поняли ли наконец славяне теперь, как вы думаете?

Разумеется, сейчас же представляется вопрос: в чём же тут выгода России, из-за чего Россия билась за них сто лет, жертвовала кровью своею; силами, деньгами? Неужто из-за того, чтоб пожать только маленькой смешной ненависти и неблагодарности? "



Император Николай II принимает подношение от группы грузин (1912 г).




Муза

Когда я ночью жду её прихода,
Жизнь, кажется, висит на волоске.
Что почести, что юность, что свобода
Пред милой гостьей с дудочкой в руке.

И вот вошла. Откинув покрывало,
Внимательно взглянула на меня.
Ей говорю: «Ты ль Данту диктовала
Страницы Ада?» Отвечает: «Я».

<1924>



Автобиография Анны Ахматовой "Коротко о себе".

Я родилась 11 (23) июня 1889 года под Одессой (Большой Фонтан). Мой отец был в то время отставной инженер-механик флота. Годовалым ребенком я была перевезена на север - в Царское Село. Там я прожила до шестнадцати лет.

Мои первые воспоминания - царскосельские: зеленое, сырое великолепие парков, выгон, куда меня водила няня, ипподром, где скакали маленькие пестрые лошадки, старый вокзал и нечто другое, что вошло впоследствии в "Царскосельскую оду".

Каждое лето я проводила под Севастополем, на берегу Стрелецкой бухты, и там подружилась с морем. Самое сильное впечатление этих лет - древний Херсонес, около которого мы жили.

Читать я училась по азбуке Льва Толстого. В пять лет, слушая, как учительница занималась со старшими детьми, я тоже начала говорить по-французски.

Первое стихотворение я написала, когда мне было одиннадцать лет.

Read more...Collapse )


Осип Мандельштам писал, что стихи Ахматовой "сделаны из голоса, составляют с ним одно целое". В своем знаменитом стихотворном портрете Ахматовой ("Вполоборота, о печаль…") он говорит, что этот голос "души расковывает недра". Мандельштам справедливо утверждал, что те счастливцы, которые слышали ахматовское чтение, "богаче будущих поколений, которые его не услышат".

Анна Ахматова единственный поэт Серебряного века, чей голос хорошо сохранился. Она дожила до 1966 года, и в последние 10 лет ее жизни было сделано огромное количество аудиозаписей ее авторского чтения.





22 июня

Не танцуйте сегодня, не пойте.
В предвечерний задумчивый час
Молчаливо у окон постойте,
Вспомяните погибших за нас.

Там, в толпе, средь любимых, влюблённых,
Средь весёлых и крепких ребят,
Чьи-то тени в пилотках зелёных
На окраины молча спешат.

Им нельзя задержаться, остаться -
Их берёт этот день навсегда,
На путях сортировочных станций
Им разлуку трубят поезда.

Окликать их и звать их - напрасно,
Не промолвят ни слова в ответ,
Но с улыбкою грустной и ясной
Поглядите им пристально вслед.

/Вадим Шефнер/



«Есть важный и последний из этапов…»

В песнях Визбора самых последних лет — начала 1980-х — есть одна закономерность, которую вообще-то можно обнаружить в позднем творчестве едва ли не каждого большого поэта. Он постоянно возвращается в давно прошедшие времена: его притягивают собственные детство, юность, старые песенные сюжеты, вызывающие теперь творческое желание написать вроде бы о том же, но иначе — с высоты прожитых лет. У настоящего художника это не сводится к банальной ностальгии по тем годам, когда «и солнце было ярче, и яблоки вкуснее». Здесь важно и ценно другое: подсознательно предчувствуя скорый уход, поэт вглядывается в истоки своей судьбы, пытаясь разглядеть начало самого себя — такого, каким стал на протяжении последующих десятилетий. На протяжении всей жизни. «Мы близимся к началу своему» — так сказал об этом Пушкин.

28 декабря 1979 года, в канун Нового года и нового десятилетия, готовясь с Ниной в Пахре к радостному и всегда чуть-чуть тревожному празднику, Визбор быстро, в один присест написал необычную песню, в которой нет привычной для барда поэтической конкретики — скажем, среднерусского или горного пейзажа или какой-нибудь городской истории. Зато есть необычная атмосфера с неуловимыми оттенками чувств. Её можно назвать импрессионистичной — ибо она звучит как поэтический сгусток впечатлений детства, далёкого, но неотделимого от нынешней жизни лирического героя:

Попробуем заснуть под пятницу,

Под пятницу, под пятницу.

Во сне вся жизнь на нас накатится

Салазками под Новый год.

Бретельки в довоенном платьице,

И шар воздушный катится…

Четверг за нас за всех расплатится

И чистых пятнице сдаёт…

А Новый год и ель зелёная,

Зелёная, зелёная,

Свеча, гореньем утомлённая,

И некий милый человек…

И пахнет корка мандаринная,

Звезда висит старинная,

И детство — всё такое длинное,

И наш такой короткий век...





Смерть, она, брат, свой смысл имеет. Великий, я тебе скажу, смысл. Смерть — это абсолютное доказательство. Самый неопровержимый документ. Помнишь, как у Некрасова: «Иди в огонь за честь отчизны, за убежденье, за любовь, иди и гибни безупречно, умрешь не даром: дело вечно, когда под ним струится кровь». Вот! А тут крови пролилось ого сколько! Не может быть, чтобы зря.

/Василь Быков/



ОДНА НОЧЬ

«Юнкерсы» налетели внезапно.
Их тонкохвостые стремительные тени вынырнули из-за островерхих, разбитых минами крыш и обрушили на город неистовый громовой рев. Оглушенный им, автоматчик Волока замедлил бег, присев, втянул голову в плечи и на несколько секунд сжался под все нарастающим визгом бомб. Вскоре, однако, сообразив, где спасение, боец метнулся на забросанный мусором тротуар и очутился под чугунной решеткой, тянувшейся вдоль улицы. Несколько долгих мучительных секунд, прильнув к раскаленному асфальту, ждал…

Читать дальше : http://www.lib.ru/PROZA/BYKOW/onenight.txt





Tags:

Profile

antiguo_hidalgo
antiguo_hidalgo

Latest Month

September 2019
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel