January 25th, 2018

75-летию со дня освобождения Воронежа

Врага утопишь ты в Дону,
Сожжешь огнем, в могилу вгонишь.
Боец, спасая всю страну,
Ты должен отстоять Воронеж!

/А.Безыменский/

Листовки, выпущенные перед походом на Воронеж для солдат немецкой армии, призывали: «Солдаты! За два года войны вся Европа склонилась перед вами. Ваши знамена прошелестели над городами Европы. Вам осталось взять Воронеж. Вот он перед вами. Возьмите его, заставьте склониться. Воронеж – это конец войны. Воронеж – это отдых. Вперед!»

28 июня 1942 года началось наступление немецких войск в воронежском направлении. Эта операция получила кодовое название “Blau” («Синяя»). На эту операцию германское командование выделило значительные ресурсы, так как взятие Воронежа означало решающий успех немецко-фашистских войск в летней кампании 1942 года.

Летом 1942 года ожесточенные бои шли на окраинах Воронежа – в районе Березовой рощи, стадиона «Динамо», улицы Ленина и ипподрома.
10 июля 1942 года барон фон Вейхс объявил о победоносном окончании битвы за Воронеж. Однако на самом деле это сражение только начиналось.
7 июля 1942 года был образован Воронежский фронт, а его командующим был назначен Николай Федорович Ватутин. Бои за Воронеж длились долгих 212 дней.

[Spoiler (click to open)]Линия фронта прошла по Воронежу, однако фашистам так и не удалось захватить его полностью – Левый берег остался в руках советских войск и, как вспоминает командующий Воронежским фронтом генерал-полковник Филипп Иванович Голиков, фашисты не смогли одолеть и «важный северо-восточный сектор» Воронежа «с центром в районе СХИ».
Упорные бои шли в парке культуры в Березовой роще. В августе 1942 года наши войска заняли стратегически важную позицию на Чижовском плацдарме и удерживали ее до полного освобождения Воронежа.

Маршал Советского Союза А. М. Василевский в своей книге «Дело всей жизни» писал: «Войска Воронежского фронта активными боевыми действиями сковали крупные силы противника, не позволяя гитлеровскому командованию осуществить переброску войск на Волгу, где шли решающие сражения этого года. В конечном счете, действия советских войск под Воронежем привели к ослаблению вражеского удара на Сталинград, а в дальнейшем сыграли важную роль в разгроме гитлеровцев на Волге».

До 25 января 1943 года советские войска обороняли Воронеж, выполняя важную задачу — прикрывали Москву с юга и сковывали силы венгерских дивизий. В ходе наступательной операции «Малый Сатурн», а затем Острогожско-Россошанской и Воронежско-Касторненской наступательных операций силами Воронежского фронта были разгромлены 2-я немецкая, 8-я итальянская и 2-я венгерская армии. При этом потери немецких войск составили 320 тысяч солдат и офицеров. Под Воронежем были разгромлены 26 немецких дивизий, а количество пленных было больше, чем под Сталинградом.

Решающая битва за Воронеж была проведена в рамках Воронежско-Касторненской наступательной операции. Военные действия начались утром 24 января 1943 года, когда советское командование отдало приказ приказ о наступлении в районе Касторного и Воронежа.

Бои за освобождение Воронежа 25.01.1943г.


Сражение за Воронеж продолжалось восемь дней – с 24 января по 2 февраля 1943 года. В нем приняли участие 38-я, 40-я и 60-я армии Воронежского фронта, армия Брянского фронта и военные двух воздушных армий.

Наступательная операция была крайне трудной, победу затрудняли неравные силы и неблагоприятные погодные условия – сильный мороз, глубокий снег, метель и ветер. Потерпев поражение, немецкое командование приказало взорвать Воронеж и вынести из него все ценное. Но советская разведка вовремя доложила об этом. Генерал Иван Черняховский отдал распоряжение о наступлении армии по всем фронтам.

В 11 часов утра 25 января 1943 года правобережная часть города была полностью очищена от оккупантов. На балконе гостиницы «Воронеж» ( площадь Ленина, дом 8 ) бойцы 60-ой армии водрузили Красное знамя освобождения. А Советское Информбюро сообщило на всю страну: «25 января 1943 года войска Воронежского фронта опрокинули части немцев и полностью овладели городом Воронежем. Восточный берег реки Дон западнее и юго-западнее города также очищен от немецко-фашистских войск. Количество пленных, взятых под Воронежем, к исходу 24 января увеличилось на 11 тысяч солдат и офицеров..»

Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет! Немецкое кладбище в Кольцовском сквере на площади Ленина.


Один из советских бойцов, вошедших в освобождённый Воронеж, вспоминал : «Мы двигались по проспекту Революции. И не встретили ни одной живой души… Город был мёртв. Всюду горы развалин и чёрные остовы домов… Так мы прошли на запад по безжизненному городу».

Проспект Революции.Бойцы Красной армии входят в освобожденный Воронеж.


26 января 1943 года в Воронеж начали возвращаться мирные жители.

Вид с самолета Як-6 на освобожденный Воронеж.


26 января 1943 года, на следующий день после освобождения Воронежа, в «Комсомольской правде» появились следующие строки: «Когда-нибудь об уличных боях в Воронеже будет написано много страниц. Этот город воевал на своих площадях и улицах в течение многих месяцев. Город дрался за каждый квартал, квартал — за каждый дом».

Не найдете Вы на карте другого такого города, где почти половина улиц, площадей и бульваров названа именами воинов и полководцев, армий и дивизий. Их сотни. Стоят в городе мемориалы, горят вечные огни, лежат под обелисками братские могилы...

Они исполнили свой долг солдатский,

Плечом к плечу стояли под огнём.

Теперь они лежат в могиле братской


Плечом к плечу в бессмертии своём.





К 80-летию Владимира Высоцкого

Мне судьба – до последней черты, до креста
Спорить до хрипоты (а за ней – немота),
Убеждать и доказывать с пеной у рта,
Что – не то это все, не тот и не та!
Что – лабазники врут про ошибки Христа…

/Владимир Высоцкий/




МОЙ ЧЕРНЫЙ ЧЕЛОВЕК В КОСТЮМЕ СЕРОМ...

Мой чёрный человек в костюме сером.
Он был министром, домуправом, офицером.
Как злобный клоун, он менял личины
И бил под дых внезапно, без причины.

И, улыбаясь, мне ломали крылья,
Мой хрип порой похожим был на вой,
И я немел от боли и бессилья,
И лишь шептал: "Спасибо, что живой".

Я суеверен был, искал приметы, —
Что, мол, пройдёт, терпи, всё ерунда...
Я даже прорывался в кабинеты
И зарекался: "Больше — никогда!"

Вокруг меня кликуши голосили:
"В Париж мотает, словно мы — в Тюмень;
Пора такого выгнать из России,
Давно пора, — видать, начальству лень!"

Судачили про дачу и зарплату:
Мол, денег прорва, по ночам кую.
Я всё отдам, берите без доплаты
Трёхкомнатную камеру мою.

И мне давали добрые советы,
Чуть свысока похлопав по плечу,
Мои друзья — известные поэты:
"Не стоит рифмовать: "Кричу — торчу"!"

И лопнула во мне терпенья жила,
И я со смертью перешёл на "ты" —
Она давно возле меня кружила,
Побаивалась только хрипоты.

Я от Суда скрываться не намерен,
Коль призовут — отвечу на вопрос:
Я до секунд всю жизнь свою измерил
И худо-бедно, но тащил свой воз.

Но знаю я, что лживо, а что свято,
Я понял это всё-таки давно.
Мой путь один, всего один, ребята, —
Мне выбора, по счастью, не дано.

/1979/



Рвусь из сил и из всех сухожилий,
Но сегодня - опять, как вчера,-
Обложили меня, обложили,
Гонят весело на номера...