?

Log in

No account? Create an account



Возвращение

Я всем вам говорю, о странники! -- нежданный
глубокий благовест прольется над туманной
землей, и, полный птиц, волнистый встанет лес,
черемухой пахнет из влажного оврага,
и ветру вешнему неведомый бродяга
ответит радостно "воистину воскрес".

В полях, на площадях, в толпе иноплеменной,
на палубе, где пыль толпы неугомонной
бессонного кропит,-- да, где бы ни был он,--
как тот, кто средь пустой беседы вдруг приметит
любимый лик в окне -- так встанет он и встретит
свой день, свет ласковый и свежий, свет и звон.

И будет радостно и страшно возвращенье.
Могилы голые найдем мы -- разрушенье,
неузнаваемы дороги,-- все смела
гроза глумливая, пустынен край, печален...
О чудо. Средь глухих, дымящихся развалин,
раскрывшись, радуга пугливая легла.

И строить мы начнем, и сердце будет строго,
и ясен будет ум... Да, мучились мы много,
нас обнимала ночь, как плачущая мать,
и зори над землей печальные лучились,--
и в дальних городах мы, странники, учились
отчизну чистую любить и понимать.

/1920/




В дыхании зефиров,
На крыльях благодати
Низлетит к нам весна —

Весна! Весна! Кроткая, любезная, вечно юная богиня! Весна низлетит к нам в дыхании любви отческой. Огнь любви разольется во вселенной, счастье озарит людей светлыми лучами в объятиях любви. Дух жизни — будет дух любви. Всё восторжествует, всё исполнится радости.

В врагах мы узрим братьев нежных
И в их объятиях прольем
Слезу прощенья, примиренья.

Всё принесет дань благодарности благословляющему, и мы в радости сердца воскликнем:

Цвети, любовь, в природе,
Будь жизнию вселенной,
Будь жизнию пылинке,
Будь жизнию богов!
Красуйся, добродетель!
С любовию сопрягшись,
Лучом ее венчайся
И радость лей в сердца.

/1799/





Анатолий Степанович Слепышев - заслуженный художник РФ, академик Роcсийской академии художеств, лауреат Государственной премии РФ.




Алла Демидова

Вид из окна Анатолия Слепышева

Новое в искусстве всегда воспринимается с трудом и не сразу. Все непривычное вызывает непонимание, а непонимание — раздражение. Не принимают иногда с одинаковой силой и невежды, и профессионалы. […]

«Хороших и разных» по направлению художников в то [советское] время было много. Они хотели выставляться, хотели найти своего зрителя, иногда им удавалось «пробить» какой-нибудь подвал и устроить там выставку, на которую шла «вся Москва». Но, в основном, работы их можно было увидеть только у них же в мастерских, тоже запрятанных на чердаках и в подвалах…

Много лет назад, в Афинах, я была в гостях у знаменитого коллекционера Костаки. Он был уже смертельно болен. Но его дочь Лиля показала мне их галерею (теперь, к сожалению, не существующую), которая была буквально набита живописью прекрасных художников-«лианозовцев»: Краснопевцева, Рабина, Целкова, Купера, Штернберга… В комнате самого Костаки висело всего три картины — это был Слепышев.

С Толей Слепышевым меня в свое время познакомил Эдисон Денисов. И я стала часто бывать в маленькой темной мастерской художника в бывших складских помещениях за ГУМом. Водила туда своих друзей.

Слепышева покупали, в основном, иностранцы, рано распознавшие, что приобретать, что нет. А когда в 1989 году его работы были проданы на московском Сотбисе, Слепышева начали покупать и Третьяковская галерея, и Русский музей, музеи Германии, Америки, Греции. Его картины есть у Бориса Ельцина, Франсуа Миттерана, Бельмондо, Рязанова, Эдисона Денисова, Катрин Денев, которая, кстати, записала в книге отзывов на парижской выставке: «Слепышев — великий художник. В его работах — сочетание трагедии и радости, что, возможно, и есть суть русской души».

О Слепышеве я слышала разные, иногда противоречивые мнения. […]

Read more...Collapse )



Анатолий Слепышев. «Крестный ход», 1987 г.


В День космонавтики.

Сын земли

Я — сын земли, дитя планеты малой,
Затерянной в пространстве мировом,
Под бременем веков давно усталой,
Мечтающей бесплодно о ином.

Я — сын земли, где дни и годы — кратки,
Где сладостна зеленая весна,
Где тягостны безумных душ загадки,
Где сны любви баюкает луна.

От протоплазмы до ихтиозавров,
От дикаря с оружьем из кремня,
До гордых храмов, дремлющих меж лавров,
От первого пророка до меня,-

Мы были узники на шаре скромном,
И сколько раз, в бессчетной смене лет
Упорный взор земли в просторе темном
Следил с тоской движения планет!

К тем сестрам нашей населенной суши,
К тем дочерям единого отца
Как много раз взносились наши души,
Мечты поэта, думы мудреца!

И, сын земли, единый из бессчетных,
Я в бесконечное бросаю стих,-
К тем существам, телесным иль бесплотным,
Что мыслят, что живут в мирах иных.

Не знаю, как мой зов достигнет цели,
Не знаю, кто привет мой донесет,
Но, если те любили и скорбели,
Но, если те мечтали в свой черед

И жадной мыслью погружались в тайны,
Следя лучи, горящие вдали,-
Они поймут мой голос не случайный,
Мой страстный вздох, домчавшийся с земли!

Вы, властелины Марса иль Венеры,
Вы, духи света иль, быть может, тьмы,-
Вы, как и я, храните символ веры:
Завет о том, что будем вместе мы!

/Валерий Брюсов/



Набоков писал, что жизнь — только щель слабого света между двумя идеально чёрными вечностями. А мне кажется, жизнь — полустанок: ехал в поезде, сошел на полустанке, потом поедешь дальше. Только пока ты на полустанке, ты не помнишь предыдущего пути и не знаешь, что будет потом. А там, в поезде, ты снова встретишь тех, кого хочешь встретить... Мне повезло, я хочу встретить многих.

/Георгий Данелия. "Безбилетный пассажир"./






Древнейший памятник фортификационного искусства находится неподалеку от селения Веселое Судакского городского округа в Крыму, на высоком мысе западного отрога горы Караул-Оба над Кутлакской бухтой.

Это сохранившиеся фрагменты крепости Кутлак, — античного памятника второй половины I в. до н.э.  И, хотя, до наших дней сохранилась лишь малая часть укрепления, все равно она заслуживает того, чтобы на неё обратили внимание.

На рубеже нашей эры где-то в этом районе помещался порт Афинеон, известный по сочинениям древних авторов. На сегодняшний день Кутлакская бухта с укреплением, открытым в устье одноименной долины, — наиболее вероятное место его локализации.

Одна из башен крепости уже видна из Кутлакской бухты.
VFL.RU - ваш фотохостинг


20 фото+видео: Read more...Collapse )


Tags:

В.Ходасевич.jpg


Март

Размякло, и раскисло, и размокло.
От сырости так тяжело вздохнуть.
Мы в тротуары смотримся, как в стекла,
Мы смотрим в небо — в небе дождь и муть...

Не чудно ли? В затоптанном и низком
Свой горний лик мы нынче обрели,
А там, на небе, близком, слишком близком,
Всё только то, что есть и у земли.

/30 марта. 1922г./





Сегодня я здесь стою.
Мне радостно, что я с вами.
Гитару держу свою,
и лица плывут в тумане.

Я с каждым из вас знаком.
Здравствуй, аудитория!
И что б ни случилось потом,
это моя территория.

Это мои друзья,
рыцари наших песен,
отчетливо вижу я
наш круг. Он хоть мал - но тесен.

У каждого жизнь своя,
но в чем-то мы все - как дети,
и это - считаю я -
важнее всего на свете.

/Евгений Клячкин/



Евгений Клячкин родился в Ленинграде 23 марта 1934 года.
Его отец был помощником мастера на ткацкой фабрике, мать работала в аптеке. В апреле 1942 года мать умерла, отец был на фронте, и Женю эвакуировали из блокадного Ленинграда в Ярославскую область, где он воспитывался в детском доме. В сентябре 1945 года отец забрал Женю в Ленинград.



В юности Женя увлекался легкой атлетикой.

— Я окончил школу с серебряной медалью, — рассказывал он о себе. — Когда ее вручали, одна из моих знакомых девочек сказала: «Надо же, а я думала, ты умеешь только на турнике вертеться». Большего комплимента я никогда в жизни не слышал…

В 1957 году Евгений с отличием окончил Ленинградский инженерно-строительный институт. Работал инженером-проектировщиком в строительных организациях Ленинграда. Стихи начал писать с раннего возраста. Однако свои первые «бардовские» песни сложил в начале 60-х на стихи других, любимых и почитаемых им поэтов — Бродского, Кузьминского, Вознесенского, Горбовского…

Позже он писал песни преимущественно на собственные стихи. В период полулегального существования, когда создавались клубы авторской песни, Клячкин часто выступал, участвовал в фестивалях и полуофициальных концертах. После перестройки, когда бардовский «андеграунд» всплыл, наконец, на поверхность, его голос зазвучал в больших концертных залах.


Читать и смотреть дальше | ещё 2 фото Collapse )





Я всегда был за тех, кому горше и хуже,
Я всегда был для тех, кому жить тяжело.
А искусство мое, как мороз, даже лужи
Превращало порой в голубое стекло.

Я любил и люблю этот бренный и тленный.
Равнодушный, уже остывающий мир,
И сады голубые кудрявой вселенной,
И в высоких надзвездиях синий эфир.

Трубочист, перепачканный черною сажей.
Землекоп, из горы добывающий мел.
Жил я странною жизнью моих персонажей,
Только собственной жизнью пожить не успел.

И, меняя легко свои роли и гримы.
Растворяясь в печали и жизни чужой,
Я свою — проиграл, но зато Серафимы
В смертный час прилетят за моею душой!

/Александр Вертинский. 1952 г./



Александр Вертинский для многих из нас останется легендой, ставшей действительностью, но не потерявшей при этом своего очарования. Его творчество - яркая страница отечественной художественной культуры. И сам он останется в нашей памяти таинственным Пьеро эстрады, поэтом и композитором, изысканно слагавшим музыкальные новеллы, певцом, принесшим на сцену высочайший артистизм, музыкальность и вкус.

Романс «То, что я должен сказать», был написан Александром Вертинским под впечатлением гибели трехсот московских юнкеров в дни Октябрьской революции 1917 года в Москве.




Читать и смотреть дальше | ещё 9 фото Collapse )


Уходит целая эпоха замечательного советского кинематографа. Умер один из самых любимых режиссёров: "Весна на Заречной улице","Два Федора","Июльский дождь", "Застава Ильича"," Был месяц
май","Послесловие","Невечерняя"...


Одесса («Клыкастый месяц вылез на востоке…»)


Клыкастый месяц вылез на востоке,

Над соснами и костяками скал…

Здесь он стоял…

Здесь рвался плащ широкий,

Здесь Байрона он нараспев читал…

Здесь в дымном

Голубином оперенье

И ночь и море

Стлались перед ним…

Как летний дождь,

Приходит вдохновенье,

Пройдет над морем

И уйдет, как дым…

Как летний дождь,

Приходит вдохновенье,

Осыплет сердце

И в глазах сверкнет…

Волна и ночь в торжественном движенье

Слагают ямб…

И этот ямб поет…

И с той поры,

Кто бродит берегами

Средь низких лодок

И пустых песков, —

Тот слышит кровью, сердцем и глазами

Раскат и россыпь пушкинских стихов.

И в каждую скалу

Проникло слово,

И плещет слово

Меж плотин и дамб,

Волна отхлынет

И нахлынет снова, —

И в этом беге закипает ямб…

И мне, мечтателю,

Доныне любы:

Тяжелых волн рифмованный поход,

И негритянские сухие губы,

И скулы, выдвинутые вперед…

Тебя среди воинственного гула

Я проносил

В тревоге и боях.

«Твоя, твоя!» — мне пела Мариула

Перед костром

В покинутых шатрах…

Я снова жду:

Заговорит трубою

Моя страна,

Лежащая в степях;

И часовой, одетый в голубое.

Укроется в днестровских камышах…

Становища раскинуты заране,

В дубовых рощах

Голоса ясней,

Отверженные,

Нищие,

Цыгане —

Мы подымаем на поход коней…

О, этот зной!

Как изнывает тело, —

Над Бессарабией звенит жара…

Поэт походного политотдела,

Ты с нами отдыхаешь у костра…

Довольно бреда…

Только волны тают,

Москва шумит,

Походов нет как нет…

Но я благоговейно подымаю

Уроненный тобою пистолет…

/Эдуард Багрицкий/



Profile

antiguo_hidalgo
antiguo_hidalgo

Latest Month

April 2019
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930    

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel